Многие говорят, что Израиль стоит на пороге Третьей ливанской войны. Однако все признаки указывают на то, что нас втягивают совсем в другой конфликт. Если искать аналогии ему в израильской истории, то это Вторая интифада - изматывающие годы, за которые страна заплатила не только жизнями граждан, но и экономическим спадом. Итак, зададимся 4 вопросами.
►1. Что произойдет, если начнется большая война на севере? Чем большему числу людей я задавал этот вопрос в последние недели, тем более разнообразные ответы получал. Все, разумеется, опасаются масштабных и крайне опасных для Израиля военных действий. В феврале исследователи Института экономической политики при университете Райхмана опубликовали жуткий сценарий, согласно которому в течение трех недель Хизбалла будет запускать по Израилю по 3000 ракет в день. Так же, как ХАМАС, обстреливавший нас после 7 октября, – только ежедневно и дольше. В этом случае ущерб для тыла и экономики будет огромен.
Но реализация подобного сценария вовсе не обязательна. По мнению нескольких экспертов, с которыми я общался, даже если война с Хизбаллой расширится, то это совсем не значит, что Насралла заинтересован в такой полномасштабной атаке. Хотя Хизбалла воспринимает себя в качестве "защитника Ливана", но для режима аятолл, главного спонсора этой группировки, она, как и весь Ливан, представляет собой буферную зону, защищающую Иран от непосредственной израильской атаки на него. Поэтому совсем необязательно, что Хизбалла пойдет ва-банк.
Есть и другие причины, по которым лидеру Хизбаллы выгоднее вести войну на истощение. Вместо того, чтобы запускать по нашей территории 3000 ракет в день, он может по-прежнему запускать 300. Или 30. Пока израильский тыл в приграничных районах находится в состоянии постоянной угрозы, Насралла добивается своих целей. Несколько случайных ракет, пущенных по Крайот или Тверии, достигают нужного эффекта, даже если их перехватывают "Железный купол" и другие силы ПВО.
Поэтому эксперты, с которыми я беседовал, полагают, что наболее вероятный сценарий будет напоминать не Вторую Ливанскую войну, а скорее Вторую палестинскую интифаду. Многолетний изматывающий конфликт. За это нам придется заплатить большую цену - увеличением экономического ущерба и снижением уровня жизни.
►2. Чем была тяжела для Израиля Вторая интифада?
Официально Вторая интифада началась в сентябре 2000 года – после провала переговоров в Кэмп-Дэвиде и восхождения Ариэля Шарона на Храмовую гору, а завершилась в феврале 2005 года международной конференцией в Шарм-эш-Шейхе (некотоыре с немалой долей справедливости могут сказать, что вторая интифада никогда не заканчивалась, она только перекинулась с Западного берега в сектор Газы).
2 Еще фото
![Вадим Нуржиц, резервист, жертва линча в Рамалле в 2000 году (Репродукция личного фото: Алекс Коломойский) Вадим Нуржиц, резервист, жертва линча в Рамалле в 2000 году](https://ynet-pic1.yit.co.il/cdn-cgi/image/format=auto/picserver5/crop_images/2017/03/29/7684634/7684634_315_99_838_902_0_x-large.jpg)
![Вадим Нуржиц, резервист, жертва линча в Рамалле в 2000 году (Репродукция личного фото: Алекс Коломойский) Вадим Нуржиц, резервист, жертва линча в Рамалле в 2000 году](https://ynet-pic1.yit.co.il/cdn-cgi/image/format=auto/picserver5/crop_images/2017/03/29/7684634/7684634_315_99_838_902_0_x-large.jpg)
Вадим Нуржиц, резервист, жертва линча в Рамалле в 2000 году
(Репродукция личного фото: Алекс Коломойский)
В течение этих 4,5 лет жизнь в Израиле была невыносимой. Линч резервистов в Рамалле (одной из его жертв был репатриант, резервист Вадим Нуржиц - Прим. ред.); октябрьские события, когда полиция открыла стрельбу по арабским демонстрантам, в результате чего погибли 12 человек; почти ежедневный обстрел иерусалимского квартала Гило; бесчисленные теракты в Иудее и Самарии, жутчайшие террористические атаки в израильских городах: в тель-авивском Дельфинариуме, в кафе "Момент" и "Сбарро" в Иерусалиме, в "Парк-отеле" в Нетании. Всюду война, ежедневный страх, никогда не знаешь, каких ужасных событий ждать завтра.
В марте 2002 года Ариэль Шарон решает начать операцию "Защитная стена", в ходе которой фактически заново оккупирует палестинские города на Западном берегу. Только этот переход от обороны к нападению и строительство разделительного забора привели к уменьшению количества терактов (и, как я отметил, переноса арены действий в сектор Газы).
Вторая интифада нанесла Израилю колоссальный экономический ущерб. С 2001 года экономика перешла от быстрого роста к серьезному спаду, продолжавшемуся почти непрерывно до середины 2003 года. Это была тяжелейшая рецессия, в разгар которой наблюдалась высокая инфляция, падение биржи и 10-процентный уровень безработицы. Это был последний раз, когда мы видели в Израиле серьезный экономический спад (не считая короткого периода эпидемии коронавируса).
Вторая интифада происходила одновременно с глобальным экономическим кризисом – когда лопнул пузырь доткомов. Поэтому трудно разделить влияние этих двух факторов на израильскую экономику. И тем не менее все экономисты, с которыми я разговаривал, единодушны в том, что основной ущерб хозяйству нанесла именно интифада, а не мировой кризис.
Положение было настолько серьезным, что в феврале 2002 года тогдашний министр финансов Сильван Шалом объявил проведение экономической "Защитной стены". Это был масштабный план, первый из трех подобных, выдвинутых до 2005 года, когда главой минфина был уже Биньямин Нетаниягу. И если план стабилизации экономики Шимона Переса 1985 года стал для Израиля своего рода экономическим водоразделом, то программы Шалома и Нетаниягу стали новой точкой отсчета. Их влияние мы ощущаем до сих пор, 20 лет спустя.
По сути, эти программы кардинально изменили политику пособий и льгот, подтолкнув правительство к масштабной приватизации государственного имущества. Пособия на детей были сокращены, то же произошло и с пособиями по инвалидности. Этой участи не избежали даже пособия по прожиточному минимуму, которые получали люди, живущие за чертой бедности. Был поднят пенсионный возраст, зарплаты работников госсектора были уменьшены, а многие были вообще уволены. Были предприняты и другие меры, которые сегодня кажутся чем-то из области фантастики. Но именно так и следует поступать в условиях острого экономического кризиса.
Эти программы наряду с восстановлением мировой экономики вернули Израиль на путь роста. Важные преобразования, последовавшие вслед за этим, - прежде всего бум высоких технологий и выход ортодоксальных женщин на рынок труда, подарили нам полтора десятка лет экономического процветания и повышения уровня жизни. Все это продолжалось (за исключением коронавирусного года) до 7 октября 2023 года. Теперь многое зависит от того, насколько оперативно мы сумеем затормозить падение.
►3. Что нас ждет в случае новой войны на истощение?
Сейчас, когда появились признаки того, что мы на пути к новой длительной войне на истощение, – не только на севере, но и в Газе, где нам обещают борьбу с ХАМАСом в течение 3 или 5 лет – следует осознать суть подобного сценария. Он не сулит ничего хорошего.
Будет нанесен серьезный ущерб строительной отрасли, сельскому хозяйству и, в первую очередь, экономике тех районов страны, которые будут фактически находиться в состоянии войны. Поскольку даже в случае окончания войны в секторе Газы и заключения какой-либо военно-политической договоренности на севере, что может помешать Хизбалле периодически запускать ракеты в сторону приграничной Метулы или кибуца Манара, а, может, и дальше, вглубь нашей территоррии? Что может сделать Израиль в таком случае? Начать войну с Хизбаллой или бомбить пустые дома на юге Ливана? Действия Хизбаллы могут повторить ту жуткую реальность, в которой более 20 лет жили израильтяне на юге, вблизи от сектора Газа.
Жизнь в стране, находящейся в ситуации войны на истощение, не столь приятна, чем та, что была у нас до 7 октября. Тарифы на электроэнергию и воду продолжат расти. Курс доллара будет высоким, что приведет к удорожанию потребительских товаров. Цены на авиабилеты вырастут, поскольку число компаний, летающих к нам, будет ограничено.
Иными словами, мы почувствуем это на своем кармане. При этом иностранные инвесторы будут искать более стабильные места для своих вложений. Некоторые международные компании сократят свою деятельность в Израиле. Будет сохраняться большой бюджетный дефицит, что вынудит правительство время от времени повышать налоги, а в конечном итоге принять меры по сокращению льгот и услуг, подобные тем, что были приняты в 2003-2005 гг.
Добавьте к этому мощнейшую поляризацию в обществе, рост военного бремени среди работающего населения – при том, что харедим по-прежнему будут уклоняться как от службы в армии, так и от участия в рынке труда. И мы получаем идеальный рецепт социально-экономической катастрофы.
►4. Способно ли правительство начать принимать решения?
Мы находимся на этапе принятия решений, которые определят нашу жизнь. Прошла половина 2024 года. Затягивание войны во второй половине года с перспективой на 2025-й станет разрушительным для экономики.
Уже сейчас статус Израиля в мире нуждается в глубокой корректировке. Нам необходимо восстановить доверие зарубежных инвесторов, которые все стремительнее отказываются от наших государственных ценных бумаг. Имидж Израиля как стартап-нации должен быть восстановлен – прежде чем к нам приклеется имидж страны, осуществляющей геноцид. Нам необходимо восстановить международное научное сотрудничество, без которого невозможно заложить фундамент будушего роста экономики. Одни из этих задач можно выполнить относительно быстро, на выполнение других потребуются годы.
В войне на истощение измотанная сторона ничего не выигрывает. Такие войны всегда заканчиваются неким политическим урегулированием. В отсутствие сокрушительного поражения одной из сторон любое политическое решение будет похоже на то, что могло быть принято в начале войны – только без всего вышеперечисленного ущерба.
Израиль должен гарантировать своим жителям полную безопасность границ. Если бы существовал военный способ достижения этой цели, мы бы его уже давно использовали. Если военное решение проблемы будет продолжаться долгие годы, это, судя по всему, не самый лучший способ достичь желаемого. Каков политический способ обеспечить безопасность в противостоянии с террористическими организациями, цель которых уничтожение Израиля, и которые получают поддержку от Ирана, имеющего для этого ресурсы, я не знаю. Но для того мы и выбираем лидеров, чтобы они изобретали оптимальные решения для сложных проблем.
Создается впечатление, что израильский премьер-министр энергично работает в направлении, противоположном желаемому. Он заинтересован в бесконечном затягивании войны. Динамика противостояния с Хизбаллой ведет к усилению военных действий на севере, хотя условия для этого далеки от оптимальных – отношения с США довольно шаткие (и если Трамп будет избран через полгода, это не сулит нам никаких улучшений, поскольку речь идет о непредсказумом агенте хаоса), а разногласия в израильском обществе лишь углубляются – так как глава правительства и его коалиционные партнеры заняты исключительно своими личными интересами – вместо заботы об интересах общественных. Поэтому, видимо, не будет принято никаких серьезных решений – в ту или иную сторону. Какую нам придется заплатить за это цену – человеческими жизнями, душевным и физическим здоровьем? Огромную. Не верите? Обратите свой взор на события 20-летней давности.
Перевод: Гай Франкович